Как меняется трудовая миграция в регионах России

Российский рынок труда в последние годы заметно изменился. На него одновременно влияют сокращение населения трудоспособного возраста, технологические изменения, последствия пандемии, перераспределение работников между отраслями и высокий спрос на кадры в промышленности и смежных секторах.

Эти процессы усилили кадровый дефицит во многих регионах и сделали трудовую мобильность одним из главных механизмов адаптации рынка труда. Речь идет о поездках на работу в соседние населенные пункты, вахтовой занятости, межрегиональной и международной трудовой миграции.

Масштабы внутренней межрегиональной трудовой миграции в России в целом остаются относительно стабильными, но показывают небольшую тенденцию к снижению. По данным Росстата, пик был достигнут в 2018 году — около 3 млн человек имело работу в другом регионе страны. К 2025 году показатель снизился примерно на 12%, до 2,64 млн человек.

Москва и Московская область по-прежнему остаются крупнейшим центром притяжения работников, однако их доля постепенно уменьшается: с локального максимума 61,5% в 2018 году до 54–55% в 2024–2025 годах. Одновременно растет роль Санкт-Петербурга: его доля в 2024–2025 годах приблизилась к 10%.

В стране в целом происходит деконцентрация трудовых потоков по регионам прибытия. Существенный рост фиксируется в Краснодарском крае, Якутии, Красноярском крае и Татарстане. На макрорегиональном уровне особенно заметно увеличение притока работников в регионах Дальневосточного (+54% с 2018 года) и Сибирского (+30%) федерального округов.

Эта динамика позволяет говорить о формировании встречного движения: постоянная миграция населения чаще направлена в западную часть страны, тогда как временная трудовая занятость и вахтовые перемещения все активнее ориентируются на восточные регионы.

Рисунок 1. Динамика числа трудовых мигрантов, въезжающих на территорию региона из других регионов России, тыс. человек, 2016−2025 годы. Источник: Обследование рабочей силы Росстата, 2016−2025 годы.

Динамика международной трудовой миграции заметно отличается от внутрироссийской. По данным Федеральной налоговой службы по числу плательщиков НДФЛ, число официально учитываемых иностранных работников выросло с 1,7 млн человек в 2017 году до 3 млн человек в 2025 году. С учетом самозанятых граждан ЕАЭС, не уплачивающих НДФЛ, показатель может составлять около 3,2 млн человек. Такой рост говорит как об «обелении» официальной статистики международной трудовой миграции за счет совершенствования системы учета, так и объективной тенденции повышения зависимости экономики. Альтернативные балансовые модели структуры рабочей силы Росстата показывают рост доли иностранцев с 3,1% (в среднем за 2017-2019 гг. до пандемии COVID-19) до 3,8% (в среднем за 2022-2024 гг.).

Рост обеспечивают как мигранты из стран СНГ с безвизовым режимом и патентной системой трудоустройства, так и граждане государств ЕАЭС, которым не требуется получать патент или разрешение на работу.

Закрытие границ в 2020 году и геополитические события 2022 года краткосрочно сдерживали трудовую миграцию, но не изменили общий тренд. По расчетам автора, начиная с 2024 года количество иностранцев, прибывающих в российские регионы, стало превышать количество внутрироссийских межрегиональных трудовых мигрантов.

С учетом неформальной занятости реальное число иностранных трудовых мигрантов может находиться в диапазоне 3,5–4 млн человек. Эту оценку следует рассматривать как ориентировочную: точный расчет затруднен из-за ограниченной доступности миграционной статистики.

Иностранные работники концентрируются прежде всего в Москве и Московской области. За пределами Московской и Санкт-Петербургской агломераций они чаще направляются в уже сложившиеся центры притяжения — ресурсные регионы и регионы с городами-миллионниками.

Рисунок 2. Структура трудовых мигрантов, прибывающих в регионы России, по типам потоков. Источник: расчеты по данным ФНС, ЕМИСС, ОРС.

В крупнейших агломерациях страны постепенно меняется структура трудового потока: доля иностранных работников растет, а число трудовых мигрантов из других регионов России имеет тренд к снижению. Эта тенденция требует дополнительного изучения. Она показывает, что сферы занятости внутренних и иностранных трудовых мигрантов могут пересекаться сильнее, чем принято считать.

В традиционно трудодефицитных регионах — ХМАО, ЯНАО, Красноярском крае, Якутии и других — ситуация отличается. Там иностранная трудовая миграция скорее возвращается к допандемийному уровню середины 2010-х годов, а конкуренция с внутрироссийскими трудовыми мигрантами выражена слабее.

Рисунок 3. Динамика трудовых мигрантов, прибывающих в Москву, Московскую область, Санкт-Петербург и Ленинградскую область. Источник: расчеты по данным ФНС, ЕМИСС, ОРС.

Особенно заметен рост числа и доли иностранных трудовых мигрантов в регионах с развитым оборонно-промышленным комплексом, включая Татарстан, Удмуртию, Свердловскую, Тульскую, Нижегородскую и Самарскую области.

Один из возможных механизмов связан с перераспределением рабочей силы внутри регионов. Крупные промышленные предприятия, особенно из сферы ОПК и предлагающие лучшие условия найма, концентрируют значительную часть доступных местных кадров. В результате другие отрасли — сельское хозяйство, строительство, торговля, транспорт, услуги, малый и средний бизнес — сталкиваются с дополнительным кадровым дефицитом.

Это вынуждает привлекать иностранную рабочую силу даже те организации, которые ранее преимущественно нанимали местных работников.

В регионах России складываются разные сочетания входящих и исходящих потоков трудовых мигрантов. В большинстве регионов Центральной России и Северо-Запада наблюдается каскадная модель: значительная часть жителей выезжает на работу в другие регионы страны, в первую очередь в Москву и Санкт-Петербург, и усиливающийся дефицит на местных рынках труда частично компенсируется иностранной рабочей силой.

Вводимые в последние годы региональные ограничения — запреты на отдельные виды деятельности для иностранцев, сокращение квот найма, изменение стоимости патентов— имеют ограниченный эффект. Они могут приводить к снижению выдачи патентов, но общее число иностранных работников уменьшается значительно слабее.

Одна из причин — перераспределение внутри миграционного потока. Если снижается присутствие работников из стран с патентной системой трудоустройства, их нишу занимают граждане ЕАЭС, которым патент не требуется.

Собственные ресурсы рабочей силы в регионах ограничены. Межрегиональная миграция, которая могла бы сглаживать дисбалансы, в последние годы сокращается, а конкуренция за работников между территориями и отраслями усиливается.

Рисунок 4. Баланс трудовых миграций в регионах Центрального и Северо-Западного федеральных округов по трем компонентам. Источник: расчеты автора по данным ОРС, ЕМИСС, Росстата.

Обеспеченность региональных экономик собственными трудовыми ресурсами, вероятно, продолжит снижаться. Согласно последнему демографическому прогнозу Росстата 2023 года, численность населения России в возрасте 18–72 лет к 2035 году может сократиться примерно на 4 млн человек.

В этих условиях у работодателей существует два основных выбора: инвестировать в повышение производительности труда, либо все активнее искать кадры за рубежом. Многие предприятия, которые за последние годы начали активнее привлекать иностранных работников, уже не могут полностью закрывать потребность в кадрах только за счет местного населения или межрегионального найма. Возрастающая потребность российской экономики в иностранных работниках – «новая нормальность», в условиях которой ей придется существовать по меньшей мере до выхода из режима внутренней мобилизации.

Попытки сдерживать приток иностранной рабочей силы и одновременно удерживать местных работников от выезда на вахту пока дают ограниченный результат. Поэтому для работодателей ключевой задачей становится не только поиск кадров, но и создание полноценной системы привлечения, оформления, адаптации и удержания работников.

Устойчивость региональных рынков труда будет зависеть от комплекса решений: повышения производительности труда, автоматизации, развития профессионального обучения, улучшения условий труда, межрегионального найма и эффективного международного рекрутинга.